volshebnypendel (volshebnypendel) wrote,
volshebnypendel
volshebnypendel

Дисграфия, гиперактивность и прочие ярлыки

Предыдущая тема, несмотря на то, что выводы, кажется, сделаны, тем не менее, меня не отпускает.

Хочу привести еще один пример родительской «отмашки», которая становится все более распространенной в наше время.

Чем с точки зрения воспитания характерны наши дни? Продвинутые родители бегут к психологам чуть что. А вдруг с ребенком что-то не так?

В самом деле. Экология плохая, пища мутированная, воздух отравлен. Да и сама жизнь, разве так жить? Времени для полноценного общения с детьми не хватает, социум требует все больше соответствий, в общем, все идет как-то не так. И вроде, неплохо, но… дети какие-то странные вокруг. Мы не таким были!

- У вас синдром дефицита внимания - слышат заботливые родители, которые не поленились, наши специалиста, заявили о проблеме.

- У вашего ребенка дисграфия, - узнают другие мамы-папы, сначала тревожатся, а потом даже облегчение испытывают:  не они виноваты, это ребенок такой…

- Ой, он у нас гиперактивный! – словно стыдясь своего ребенка, говорит иная мама и ее поддерживают кивками: нелегкая у женщины доля.

- Извините, он у нас такой,- я и подобное слышала, - странный… - и мама «предъявляет» ребенка с некоторым аутизмом. Не глубоким и катастрофичным, а таким, до которого можно достучаться.


Помню, как однажды мне встретился мальчик, не знающий, как зовут его одноклассников, но школу, тем не менее, посещающий. Он не мог купить себе хлеба, будучи крайне застенчивым, не смог бы спросить дорогу домой, если бы вдруг заблудился. Да и адреса своего не знал. С этим ребенком мы составляли «топики», как в разговорниках, и учили их наизусть. Все это было оформлено в виде игры и, конечно же, забирало много сил. Но и результаты давало несомненные. Очень скоро мальчик уже мог самостоятельно купить в магазине хлеба, молока, проехать на автобусе до метро. Он выучил имена своих одноклассников и не боялся назвать свое имя и адрес.

Но это случай, согласитесь, особый. С дефицитом же внимания можно успешно работать, развивая внимание … да хоть по Цицерону. Это возможно, победить дисграфию, раньше и термина-то такого не было. И гиперактивного дитятю «залюбить» можно, снимая постоянно «заряд» излишней энергии, расслабляя ребенка и давая ему чувство безопасности и принадлежности.

Но ребенок с дефицитом внимания по-прежнему играет в стрелялки, а вовсе не тренирует внимание и память, дитя с дисграфией не имеет кого-то рядом, кто превратил бы его занятия письмом в увлекательную игру, а гиперактивный ребенок носится до изнеможения целыми днями, и нет рядом с ним взрослого, в которого можно было зарыться, как лодке в песок, чтобы остановить этот изматывающий бег.

Я наблюдала эти отмашки от подобных проблем задолго до того, как встретила описание данной проблемы у доктора Гордона Ньюфельда, и вот что он, в частности, говорит об этом:

«Иногда вместо того, чтобы винить себя, родитель заключает, что что-то не так с ребенком. Если мы не сомневаемся в наших родительских способностях, мы предполагаем, что источником наших трудностей является ребенок. Нам становится легче от мысли, что это не мы совершаем ошибки, а наши дети не могут соответствовать стандартам. Наше отношение выражается в вопросах или требованиях, таких как: «Почему ты так невнимателен? Почему с тобой так трудно? Ну почему ты не можешь делать так, как тебе говорят?»
Встречаясь с трудностями на нашем родительском пути, мы начинаем выяснять, что не так в наших детях. Сегодня мы становимся свидетелями неистовой охоты за ярлыками, которые могли бы объяснить причины проблем наших детей. Родители обращаются за формальными диагнозами к профессионалам или хватаются за неформальные ярлыки, которыми изобилуют книги по воспитанию «трудных» или «неуравновешенных» детей. Чем сильнее подавлены родители, тем более вероятно, что ребенка будут считать трудным, и тем больше ярлыков будут к нему примерять.
Преимущество подобных диагнозов, по крайней мере, в том, что они оправдывают ребенка и снимают бремя вины с родителей, но они также маскируют обратную динамику, которая, в первую очередь, является причиной дурного поведения ребенка. Медицинские диагнозы, хотя и избавляют нас от чувства вины, препятствуют решению проблемы, так как все вопросы к слишком примитивным объяснениям. основе их лежит точка зрения, что сложные поведенческие проблемы многих детей объясняются генетикой или неправильным функционированием отделов мозга. Они игнорируют тот факт, что окружающая среда влияет на работу человеческого мозга с рождения и до конца жизни, а отношения привязанности - это самый важный аспект окружения ребенка. Кроме того, они предлагают ограниченные решения, такие как применение медицинских препаратов, не учитывая при этом важность взаимоотношений ребенка с ровесниками и с миром взрослых. Фактически, их применение ведет только к еще большему ослаблению власти родителей.
Мы не утверждаем, что психология мозга не замешана в некоторых детских отклонениях или что медикаменты абсолютно не помогают. Мой соавтор, например, регулярно наблюдает детей и взрослых с СДВ, отклонением, при котором работа мозга, с психологической точки зрения, отличается от нормы, и он прописывает им лекарства,
когда они действительно необходимы. Мы возражаем против того, чтобы все детские проблемы сводить только к медицинским диагнозам и лечению, не принимая во внимание множество психологических, эмоциональных и социальных факторов, которые влияют на возникновение этих проблем. Даже в случае СДВ и других детских заболеваний, когда медицинские диагнозы и лечение могут помочь, отношения привязанности с родителями остаются первичной ценностью и кратчайшим путем к исцелению»


Идя по непростому жизненному пути  и утверждая что-то, но не встречая в этом сторонней поддержки, продолжая, однако, на практике применять то, что подсказывает сердце, а именно – бороться за каждую детскую душу, с которой соприкасаешься, доверять не диагнозам, а интуиции, не оставляя ребенка без внимания ни на минуту, как Робинзон стирает в кровь руки, только бы высечь искру, -  а потом, когда путь пройден, открыть книгу и прочесть: «Да, ты все сделал правильно» - это было для меня огромной удачей.

В самом деле, ощущать себя постоянно «плывущим против течения», даже имея в результате несомненные положительные результаты, и увидеть вдруг, как кто-то другой, признанный и известный, систематизировал то, что ты практиковал, это ли не радость для нас, если мы хотим добраться до корня проблем. Читая книгу доктора Ньюфельда, я постоянно находила в своей жизни множество примеров, подтверждающих правильность его школы и захотела в конце концов поделиться этими примерами с друзьями, надеясь на то, что ситуации, описанные в них и мною прожитые, могут оказаться знакомыми для многих родителей, чьи дети еще не выросли, а значит помочь в том, чтобы находить «работающие» подходы к своим детям.

В следующем посте я расскажу об одном из примеров моей встречи с дисграфией. Даже о двух. А может быть и больше, потому что примеры эти берутся из памяти сами, стоит только задуматься о том, как все было…
Tags: доктор Ньюфельд, обсуждая сказанное, примеры из жизни
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments